Закройте глаза и заткните уши: внешний мир пропадает, а ощущение «я здесь» никуда не девается. Именно это базовое чувство собственного присутствия нейроучёные Маршалл Девор из Еврейского университета в Иерусалиме и Марк Барон из больницы Бет Исраэль Дьяконесс и Гарвардской медицинской школы предлагают искать не в коре больших полушарий, а в одном из самых древних отделов мозга — стволе.
Со времён господства кортикоцентричного взгляда кору считают «пропиской» сознания: именно здесь обрабатываются сенсорные сигналы, рождаются мысли и формируется восприятие. Однако в теоретической статье, опубликованной в журнале The Neuroscientist в 2026 году, Девор и Барон указывают на факты, которые эта картина объясняет плохо. Боль, в отличие от зрения или слуха, не имеет выделенной корковой зоны, а электрическая стимуляция коры редко вызывает болевые ощущения. Зато небольшие инсульты в определённых участках ствола нередко погружают человека в кому. Есть и обратный пример: взрослые с гидроцефалией, у которых кора была сильно истончена, сохраняли полноценную речь.
Ключевые доказательства авторы берут из экспериментов на крысах. Микроскопические дозы анестетика, введённые в крошечную зону верхнего отдела ствола — мезопонтийный тегментум, быстро и обратимо выключали реакции на боль и другие признаки бодрствования. Такой опыт был поставлен ещё в 2001 году под руководством первого автора статьи. Важный аргумент дают и дети с гидранэнцефалией — редким состоянием, при котором большие полушария внутриутробно разрушаются и замещаются жидкостью. У таких детей часто почти не остаётся коры, но они улыбаются, смеются, плачут и реагируют на близких. Авторы считают, что эти наблюдения указывают: ствол обеспечивает базовое «ощущение присутствия», а кора лишь наполняет его содержанием. Идею сознания без коры развивал и Бьорн Меркер, который ещё раньше говорил о сознании у таких детей.
Гипотеза напрямую бросает вызов кортикоцентричным теориям, например глобальному рабочему пространству и теории интегрированной информации, которые связывают сознание с широким распространением сигналов по коре. Сам Девор с соавторами в статье 2022 года для журнала Behavioral and Brain Sciences критиковал интегрированную информацию за опору на таламокортикальные взаимодействия. Если базовое сознание возникает в древней структуре, общей для всех позвоночных, минимальный субстрат субъективного опыта может существовать и без сложных корковых вычислений. Это не отменяет роли коры в сложных формах осознания, но ставит под сомнение её необходимость для самого факта наличия опыта. Отличие здесь важное: обнаружить вредный стимул и почувствовать боль — разные вещи. Нервная система может запустить автоматическое отдёргивание руки, но боль добавляет к этому переживание: «мне больно».
Представьте автомобиль. Мотор и базовая электрика дают машине саму способность ехать, а приборная панель и навигатор показывают маршрут и делают поездку осмысленной. Без мотора панель — бесполезный набор огоньков, но и без панели машина всё равно едет. По версии авторов, ствол отвечает за «включённость» сознания, а кора — за его содержание.
Важно понимать: это гипотеза, а не доказанный механизм. Девор и Барон сами признают, что ни одна из сотен существующих теорий сознания, включая их собственную, не объясняет, как нейроны порождают субъективный опыт. Опора гипотезы — косвенные данные: клинические случаи, эксперименты на животных и анатомические наблюдения. Поэтому нужны прямые проверки, в первую очередь изучение самого среднего мозга и его связей. Авторы также предполагают, что нейроны ствола могут влиять друг на друга не точечными контактами, а выделяя химические вещества, которые распространяются по окружающим тканям — примерно так, как дофамин действует в некоторых отделах мозга.
Если минимальные условия сознания действительно лежат в стволе, граница между «сознательным» и «рефлекторным» поведением у позвоночных станет ещё размытее. Это касается и медицины: врачам придётся точнее оценивать состояние пациентов с повреждениями мозга, ведь внешние признаки бодрствования или их отсутствия могут вводить в заблуждение.
