Прежде чем звук становится музыкой, он уже существует как возможность.
Он ищет голос, движение, струну, пространство — форму, через которую сможет проявиться. И, возможно, задача музыканта не всегда заключается в том, чтобы придумать или подчинить его. Иногда настоящее творчество начинается в тот момент, когда человек перестаёт заранее решать, какой должна быть музыка, и позволяет ей самой показать дорогу.
12 октября 2026 года на Венецианской биеннале японскому композитору и исполнителю Кэйдзи Хайно (Keiji Haino) вручили «Золотого льва» за вклад в развитие современной музыки.
Его называют «поэтом шума». Но за этим определением скрывается не стремление создавать хаос, а редкая философия слушания: звук для Хайно — не пассивный материал в руках автора, а самостоятельный участник рождения произведения.
Не повторять уже начертанное
Кэйдзи Хайно избегает слова «импровизация», когда говорит о своей музыке. Ему ближе японское понятие nazoranai — «не повторять», «не идти по начертанной линии», «не воспроизводить уже существующую форму».
Это принцип, противоположный механическому повторению.
Музыкант не приходит на сцену с намерением восстановить заранее известную конструкцию. Он входит в пространство и слушает: что уже существует в нём сейчас? Как отвечает зал? Что происходит с телом? Какой голос готов родиться именно в эту секунду?
Поэтому одно и то же исполнение невозможно повторить. Меняется пространство, меняется внутреннее состояние человека, меняется взаимодействие со слушателями — и вместе с ними рождается другая музыка.
В интерпретации, прозвучавшей во время вручения награды, Хайно воспринимает звук как нечто, обладающее собственной волей: артисту важно не подавлять её, а позволять ей проявиться.
Когда музыка проходит через тело
Творческая практика Хайно существует на пересечении множества направлений: рока, блюза, фри-джаза, нойза, электроакустики, дроуна, народной и средневековой музыки.
Однако сам музыкант не стремится принадлежать ни одному из них.
За более чем пятьдесят лет творческой деятельности он выпустил свыше 200 записей и дал более 2000 концертов. Он работает с гитарой, голосом, ударными, электроникой, синтезаторами, духовыми и струнными инструментами. Но инструмент для него — не просто устройство, производящее звук. Это ещё одна форма, вступающая в контакт с человеком.
Во время выступления звучит всё: дыхание, напряжение мышц, жест, расстояние до микрофона, движение рук и даже пауза, в которой ещё ничего не произошло.
Звук становится телесным опытом — первичным, непредсказуемым и неповторимым. Именно взаимодействие звука, тела и пространства Венецианская биеннале назвала одной из важнейших особенностей искусства Хайно.
Премьера без музыкальных границ
За два дня до вручения награды, 10 октября, на открытии 70-го Международного фестиваля современной музыки Хайно представил мировую премьеру произведения It Has Become Something Like This — «Это стало чем-то подобным».
В 70-минутном выступлении соединились голос, ударные и колёсная лира — старинный струнный инструмент, звук которого рождается благодаря вращению деревянного колеса.
Но важнее необычного состава оказался сам замысел.
Хайно предложил слушателям освободиться от привычки немедленно давать музыке определение. Что это — рок, современная композиция, ритуал, шум, импровизация? Для автора подобные категории ограничивают непосредственное переживание звука.
Само название произведения словно оставляет форму открытой: не утверждает, чем именно стало звучание, а позволяет каждому присутствующему встретиться с ним без готового ответа.
Так музыка перестаёт быть объектом, который необходимо правильно расшифровать. Она становится событием, происходящим между исполнителем, инструментом, пространством и слушателем.
Ребёнок звука
Тема Венецианской биеннале 2026 года — A Child of Sound, «Дитя звука».
Художественный руководитель фестиваля, итальянская композитор Катерина Барбьери, предлагает увидеть в музыке пространство первозданной открытости. Ребёнок встречает мир ещё до того, как научится разделять его на жанры, правила и допустимые способы восприятия. Он не спрашивает, правильно ли звучит услышанное. Он исследует его с удивлением.
Такой слух ещё свободен от ожиданий.
Поэтому «дитя звука» — не указание на возраст, а состояние сознания, в котором человек способен услышать знакомое впервые. Музыка возвращает нас к восприятию, существующему до оценки: к чистой встрече с вибрацией, движением и настоящим мгновением.
И творчество Хайно идеально раскрывает эту идею. Он не предлагает слушателю удобную мелодию или заранее подготовленную эмоциональную дорогу. Он оставляет пространство открытым — чтобы каждый мог обнаружить в звучании собственный отклик.
Кто создаёт музыку?
Мы привыкли говорить: композитор сочинил произведение, музыкант исполнил его, слушатель услышал.
Но в живом творческом процессе эти роли перестают быть отдельными.
Инструмент обладает собственным тембром и сопротивлением материала. Пространство изменяет каждую волну. Тело музыканта переводит внутренний импульс в дыхание и движение. Присутствие слушателей влияет на напряжение и ритм происходящего. Сам звук, однажды возникнув, возвращается к исполнителю и подсказывает следующий жест.
Музыка рождается не в одной точке. Она возникает во взаимодействии.
Поэтому слышать — значит не просто получать уже созданное. Слушатель тоже участвует в произведении: своим вниманием он выделяет одни оттенки, соединяет их со своим опытом и позволяет звучанию продолжиться внутри себя.
О чём сегодня напомнила нам музыка?
О том, что творение не всегда начинается с контроля.
Иногда идея уже звучит в тишине, движение уже присутствует в теле, а новая форма готова проявиться — но мы не слышим её, потому что пытаемся повторить знакомое.
Кэйдзи Хайно предлагает другой путь: не идти по заранее начертанной линии. Не заставлять новое быть похожим на прошлое. Не определять форму прежде, чем она успеет родиться.
Человек, звук, инструмент и пространство не отделены друг от друга в момент творчества. Это единый живой процесс, в котором каждый обладает своим голосом и одновременно слышит целое.
И тогда музыка не исполняется человеком — она узнаёт себя через него и впервые входит в мир.
