В начале июля 2026 года внимание астрономического сообщества вновь привлекла работа астрофизика Беатрис Вильярроэль и её проекта VASCO. Недавняя публикация в Liberation Times подробно разобрала эволюцию исследований, которые начались несколько лет назад с поиска исчезающих и появляющихся объектов на архивных снимках неба.
Проект VASCO (Vanishing and Appearing Sources during a Century of Observations) изначально ставил амбициозную задачу: сравнить старые фотографические обзоры неба с современными данными в поисках редких астрофизических событий — например, кандидатов на «исчезнувшие» звёзды или следы внеземных цивилизаций. Команда проанализировала сотни миллионов объектов за период около 70 лет. Вместо ожидаемых экзотических астрофизических феноменов исследователи обнаружили тысячи короткоживущих транзиентах — точечных вспышек, которые появлялись на пластинках и исчезали в течение минут или даже секунд.
Особый интерес вызывают события на снимках 1940–1950-х годов, задолго до запуска первого искусственного спутника «Спутник-1» в октябре 1957 года. На этих пластинках зафиксированы случаи, когда за одну экспозицию появлялось сразу несколько ярких точек. Один из ярких примеров — девять вспышек на одной пластинке в течение примерно 50 минут. Такие события трудно объяснить обычными астрономическими явлениями: метеоры, астероиды или переменные звёзды не дают подобной картины.
Критики долгое время указывали на возможные дефекты эмульсии фотопластинок — пыль, химические пятна или артефакты проявки. Однако недавние независимые исследования существенно усложнили это объяснение. Ретайред инженер NASA Иво Буско в препринте июня 2026 года проанализировал пары пластинок из архива Гамбургской обсерватории. Он сосредоточился на оптической аберрации — коме, характерной для определённых телескопов. Свет от настоящих небесных объектов проходит через оптику и оставляет специфический «след» с крыльями и хвостом, который дефекты плёнки воспроизвести не могут. Буско идентифицировал одиннадцать таких transients, подтвердив, что они — реальные изображения света из космоса.
Дополнительную интригу добавляют статистические закономерности. Вспышки чаще регистрировались в периоды атмосферных ядерных испытаний (рост вероятности около 45–80 % в зависимости от анализа). Кроме того, наблюдается заметный дефицит событий в тени Земли на геостационарных высотах — там, где солнечный свет не мог бы отразиться от гипотетических объектов. Этот эффект достигает значимости в 22 сигма по одной из моделей. Независимые репликации, включая работы Брайана Догерти и Кевина Канна, подтвердили эти корреляции.
Беатрис Вильярроэль в разговоре с космологом Брайаном Китингом подчеркнула: объекты, если они реальны, «всё ещё там». Команда продолжает работу, подчёркивая необходимость дальнейших проверок и новых наблюдений.
Научное сообщество относится к находкам осторожно. Никто не утверждает, что речь идёт о внеземных зондах, но данные требуют тщательного изучения. Новые препринты закрывают часть скептических возражений, переводя дискуссию на следующий уровень — от сомнений в реальности сигналов к поиску их природы. Будущие наблюдения с современными инструментами могут дать ответ, были ли эти вспышки редкими природными явлениями или чем-то более необычным в околоземном пространстве середины XX века.
Пока астрономы продолжают разбираться в архивах, история напоминает: небо хранит ещё много неожиданного, и иногда старые фотопластинки рассказывают истории, которые мы только начинаем слышать.
