В статье 2026 года профессора Эрика Швитцгебеля из Калифорнийского университета в Риверсайде и научного сотрудника Джереми Побера из Лиссабонского университета утверждается, что сознание способно возникать в самых разных физических носителях, а не только в углеродной биохимии Земли. Авторы вводят понятие «субстратной гибкости» и опираются на астробиологические оценки: во Вселенной могло существовать или существовать примерно тысяча поведенчески сложных видов, а число потенциально пригодных планет может достигать квинтиллиона.
Аргумент бросает прямой вызов биологическому натурализму, согласно которому сознание требует именно той химии, которая сложилась на Земле. Если поведение сложных существ — коммуникация, целеполагание, кооперация — может реализовываться в кремниевых, серных или иных системах, то нет принципиальной причины ограничивать феномен внутреннего опыта только земными позвоночными, головоногими и некоторыми насекомыми. Авторы называют это «коперниканским принципом сознания»: Земля не занимает привилегированного положения ни в космосе, ни на карте возможных носителей опыта.
Методология работы чисто философская и вероятностная. Нет экспериментальных данных, нейровизуализации или поведенческих тестов; выводы строятся на допущении, что эволюция в иных средах — например, в сернокислотных облаках Венеры — с высокой вероятностью приведёт к иным химическим основаниям жизни. Сильнейшее возражение состоит в том, что поведенческая сложность ещё не гарантирует феноменального сознания: функциональная эквивалентность не тождественна наличию субъективного опыта. Авторы сами отмечают, что современные компьютерные чипы по умолчанию не считаются носителями сознания, пока не появится конкретных оснований думать иначе.
Наиболее наглядно идею иллюстрирует сравнение с вычислительными устройствами: одна и та же логическая операция может выполняться на вакуумных лампах, транзисторах или квантовых элементах — носитель меняется, а результат остаётся. Аналогично, если сложное поведение и внутренняя причинность могут возникнуть в небиологическом субстрате, то привязка сознания исключительно к земной ткани теряет универсальность.
Работа не утверждает, что нынешний искусственный интеллект уже обладает сознанием, и не предлагает эмпирических критериев его обнаружения. Она лишь снимает априорный запрет на небиологические носители и тем самым расширяет поле возможных исследований — от будущих миссий к экзопланетам до философского анализа кремниевых систем.
